§ 11–12. Модернизация по-петровски. Церковная, военная и социально-экономические реформы

«ВОТ ВАМ БУЛАТНЫЙ ПАТРИАРХ»: ЦЕРКОВНАЯ РЕФОРМА

Пётр I категорически не желал мириться с особым, независимым положением Православной церкви в государстве. В сознании монарха, строившего абсолютистскую модель «регулярного государства», не могло существовать никакой параллельной власти: патриарх в глазах народа воспринимался как «второй государь, самодержцу равносильный или больший его». Поэтому после кончины патриарха Адриана в 1700 году царь запретил проводить новые выборы главы церкви, назначив митрополита Рязанского и Муромского Стефана Яворского лишь исполняющим обязанности — местоблюстителем патриаршего престола. При этом Яворскому оставили только надзор за догматами веры, а управление огромными монастырскими вотчинами и доходами в 1701 году передали восстановленному государственному Монастырскому приказу.

Царь смотрел на церковь сугубо утилитарно: духовенство обязано было приносить обществу осязаемую пользу, а не только «возносить молитвы». Пётр существенно ограничил монашество: запретил самовольный переход из обители в обитель и установил строгий возрастной ценз для пострижения — мужчины допускались к монашеству только после 30 лет, предварительно отдав долг воинской или гражданской службе Отечеству. В изданном в 1724 году «Объявлении» труд монахов стал принудительным: неграмотные иноки обязывались пахать землю и заниматься ремёслами, образованные — учить детей в духовных школах, а монастыри превращались в приюты, богадельни и госпитали для увечных ветеранов войн. Новацией эпохи стало и учреждение института полковых священников, подчинявшихся армейскому уставу.

Закономерным итогом церковных преобразований стало законодательное упразднение патриаршества и учреждение в 1721 году Святейшего Правительствующего Синода — высшего коллегиального органа духовного управления, приравненного по статусу к Сенату. Главным теоретиком реформы выступил талантливый сподвижник царя, вице-президент Синода архиепископ Феофан Прокопович, составивший фундаментальный «Духовный регламент». Документ объявлял монарха «крайним судьёй» в делах веры, а членов Синода превращал в обычных государственных чиновников, обязанных принимать присягу государю и получать казённое жалованье. За деятельностью Синода надзирал светский чиновник — обер-прокурор. Для искоренения политической крамолы священникам вменялось в прямую обязанность нарушать тайну исповеди, если кающийся признавался в государственном умысле или бунте. Синодальный период в истории Русской православной церкви продлился вплоть до 1917 года.

Отношение к иноверцам и расколу носило строго прагматичный характер:

• Иностранцы на русской службе получали свободу вероисповедания для привлечения европейских специалистов, однако совращение православных в протестантизм или католицизм жестоко каралось.
• Старообрядцы, признававшие царскую власть, с 1716 года облагались двойным налоговым окладом и обязывались носить особое приметное платье с сердито-жёлтым воротником; тем же раскольникам, кто провозглашал царя «Антихристом», грозили монастырские казематы и смертная казнь. Бескомпромиссную борьбу с расколом словом и книгой вёл знаменитый святитель и проповедник митрополит Димитрий Ростовский.

ВОЕННАЯ РЕФОРМА

Военные преобразования стали стержнем петровской модернизации, определившим победу России в Северной войне. Главным результатом реформы явилось создание мощной регулярной армии европейского образца и военно-морского флота. Старое дворянское поместное ополчение и ненадёжные стрелецкие полки окончательно ушли в прошлое.

Фундаментом новой армии стала узаконенная в 1705 году рекрутская повинность, возложенная на податные сословия (крестьян и горожан):

• Принцип комплектования: от установленного числа дворов община была обязана выставить одного рекрута в возрасте от 20 до 35 лет.
• Пожизненный характер службы: рекрут навсегда порывал связь со своей деревней и семьёй, превращаясь в профессионального кадрового военного; это обеспечивало спаянность подразделений, железную дисциплину и высочайшую выучку.
• Национальная однородность: русская армия, в отличие от наёмных войск Западной Европы, обладала несокрушимым моральным духом и бесстрашием в рукопашном штыковом бою.

Организационная структура вооружённых сил претерпела радикальные изменения:

• Унификация и централизация: армия получила единую форму, штатное вооружение (кремнёвые гладкоствольные ружья с багинетами и трёхгранными штыками), артиллерию регламентированных калибров. Руководство войсками сосредоточилось в созданных Военной и Адмиралтейской коллегиях под действием жестких сводов законов — «Устава воинского» (1716 г.) и «Устава морского» (1720 г.).
• Гвардия как опора трона: привилегированные Преображенский и Семёновский гвардейские полки стали подлинной кузницей офицерских кадров; дворяне начинали в них службу простыми солдатами («с солдатского фундамента») и только после освоения строевой службы получали первый обер-офицерский чин.
• Рождение непобедимого флота: начав с потешных судов, Россия к 1720-м годам превратилась в сильнейшую морскую державу Балтики, располагая флотом из 50 линейных кораблей и фрегатов (первенец — 54-пушечный линкор «Полтава», 1709 г.) и сотен быстроходных галер.
• Военное образование: для подготовки отечественных офицеров были учреждены Школа математических и навигацких наук в Москве (1701 г.), Артиллерийская, Инженерная и Медицинская школы, а также Морская академия в Санкт-Петербурге (1715 г.).

ФИНАНСОВАЯ И НАЛОГОВАЯ РЕФОРМЫ: В СТРАНЕ «РЕВИЗСКИХ ДУШ»

Непрерывная война, содержание гигантской армии, строительство флота и новой столицы на болотах требовали колоссальных финансовых ресурсов. Исчерпав традиционные методы пополнения казны (включая городскую реформу 1699 года с выборными Бурмистерской палатой — Ратушей в Москве и земскими избами в городах, собиравшими таможенные и кабацкие пошлины), правительство прибегло к чрезвычайным мерам. В казне учреждались должности «прибыльщиков» во главе с бывшим крепостным графа Шереметева Алексеем Курбатовым, придумывавших новые налоги — на бороды, бани, пчелиные ульи, гербовую бумагу, рыбную ловлю, свадьбы и гробы (всего свыше 40 косвенных сборов). Однако эти поборы разоряли народ и не решали бюджетного дефицита.

Главным недостатком старой фискальной системы было подворное обложение: ради экономии крестьяне объединяли дворы, огораживали несколько изб единым забором и ставили одни ворота, уклоняясь от платежей. В ответ Пётр I инициировал фундаментальную податную реформу:

• Введение подушной подати (1718–1724 гг.): единицей налогообложения стал не двор, а каждый живой мужчина податного сословия — от младенца до глубокого старика.
• Проведение ревизий: помещичьи списки крестьян («сказки») оказались полны утайки. В 1722–1724 годах по деревням были направлены воинские команды с генералами для тотальной переписи — ревизии. Всего первая ревизия насчитала 5,4 миллиона «ревизских душ» мужского пола.
• Математический расчёт оклада: всю ежегодную смету содержания полевой армии разделили на число податных крестьян. Государственный оклад для помещичьих и монастырских крестьян составил 74 копейки в год. Посадские жители и купцы платили 1 рубль 20 копеек в год, направлявшиеся на содержание военно-морского флота. Дворянство и духовенство от уплаты податей полностью освобождались.

Налоговая реформа повлекла за собой тектонические социальные последствия:

• Паспортная система и сыск: крестьянин потерял право покидать родную деревню без письменного согласия помещика — «паспорта». Беспаспортный человек объявлялся беглым преступником и подлежал аресту.
• Ликвидация института холопства: древний институт холопов, не плативших налогов своим владельцам, был упразднён; холопы слились с крепостным крестьянством в единую подневольную массу.
• Создание сословия государственных крестьян: черносошные крестьяне Севера, ясачные народы Поволжья и служилые люди «по прибору» южных засечных черт были объединены в сословие государственных крестьян, выплачивавших государству, помимо подушной подати, дополнительную оброчную подать в 40 копеек. Доходы бюджета выросли в 3 раза, но цена реформ легла непосильным бременем на народные плечи.

БЛАГОРОДНОЕ «ШЛЯХЕТСТВО»

В петровскую эпоху господствующее сословие — дворянство (официально именовавшееся на польский манер «шляхетством») — пережило глубокую трансформацию. С одной стороны, служба дворянина стала несравнимо тяжелее: прежняя вольница, когда помещик выезжал на войну осенью и возвращался на зиму в имение, сменилась пожизненной, бессрочной регулярной службой. Появилась строгая образовательная повинность: дворянским недорослям («новикам») запрещалось жениться без свидетельства об окончании цифирной школы или навигацких классов. Уклоняющихся от смотров и службы («нетчиков») сурово наказывали, лишая поместий и подвергая шельмованию.

С другой стороны, реформы сплотили дворянство и открыли невиданные горизонты карьерного роста:

• Указ о единонаследии (1714 год): ликвидировал юридическую грань между боярской вотчиной (наследственной землёй) и дворянским поместьем (землёй за службу). Все земельные владения были признаны единой безусловной дворянской недвижимой собственностью. При этом вводился жесткий порядок наследования: передавать недвижимость разрешалось только одному сыну (не обязательно старшему), а движимое имущество делилось между остальными детьми. Мера спасала дворянские гнезда от дробления и разорения, одновременно вынуждая безземельных дворянских сыновей усердно служить в армии или канцеляриях ради жалованья.
• Табель о рангах (1722 год): эпохальный закон, разрушивший остатки родового местничества и разделивший всю государственную службу на 14 классов (рангов) по трём ведомствам — военному (сухопутные и морские чины), гражданскому (статскому) и придворному. Главным критерием продвижения по службе от низшего XIV класса к высшему I классу объявлялись личные способности, образование, верность и выслуга («не по породе, а по годности»).
• Социальный лифт: любой простолюдин или солдат, дослужившийся на военной службе до первого обер-офицерского чина (XIV класс — фендрик, прапорщик), получал потомственное дворянство, передававшееся детям. На гражданской службе потомственное дворянство давал чин VIII класса (коллежский асессор). В годы Северной войны до 20% офицеров русской пехоты происходили из низших сословий.

Сословие консолидировалось: прежняя боярская аристократия слилась с дворянской массой, образовав опору абсолютистского трона — высшую бюрократию и генералитет.

РЕФОРМЫ В ОБЛАСТИ ЭКОНОМИКИ

При Петре I Россия совершила колоссальный промышленный рывок, шагнув из ремесленного средневековья в эпоху крупного мануфактурного производства. Если в конце XVII века в стране насчитывалось всего 10–12 мануфактур, то к 1725 году их число превысило 200 предприятий:

• Военно-промышленный комплекс: ключевые мощности создавались для нужд действующей армии и флота. Крупнейшим промышленным гигантом Европы стала Адмиралтейская верфь в Санкт-Петербурге, где вместе с подсобными предприятиями (пильнями, канатными дворами, смолокурнями) трудилось до 10 тысяч рабочих. Крупнейшие оружейные заводы действовали в Туле и Сестрорецке, литейные дворы — в Москве и Петербурге.
• Превращение Урала в горнорудный центр: богатейшие залежи высококачественной магнитной руды на Урале превратили восточный регион в металлургическую базу империи. Промышленный триумф Урала неразрывно связан с тульским оружейником Никитой Демидовым (Антуфьевым) и его сыном Акинфием. Получив в 1702 году от Петра I убыточный Невьянский завод, Демидовы построили каскад металлургических предприятий с крупнейшими в мире доменными печами. Демидовское железо с маркой «Старый соболь» превосходило по качеству шведское и британское и пошло на экспорт в Европу.

Главным парадоксом петровской индустриализации стал её крепостнический характер:

• В условиях отсутствия свободного рынка наёмного труда государство прикрепляло работников к станкам силой.
• Приписные крестьяне: государственные и дворцовые крестьяне приписывались к заводам и мануфактурам для отработки подушной подати в тяжелейших заводских условиях вместо уплаты денег.
• Посессионные крестьяне: царским указом 1721 года недворянам-фабрикантам разрешалось покупать к заводам целые крепостные деревни. Посессионные крестьяне составляли единое целое с предприятием: их нельзя было продавать или закладывать отдельно от завода, а условия их труда мало отличались от каторги.

Внешнеэкономическая политика строилась на принципах меркантилизма (накопление денег внутри страны) и агрессивного протекционизма:

• Таможенный тариф 1724 года: установил запретительные ввозные пошлины (до 75% стоимости) на те иностранные товары, которые уже производились на отечественных мануфактурах, и поощрял беспошлинный ввоз ценного сырья.
• Транспортные артерии: создавалась первая сеть искусственных каналов для доставки зерна и железа с Волги в Балтику — Вышневолоцкая водная система и грандиозный Ладожский канал, связавшие Петербургский порт со всей империей.