§ 40. «Государство при армии»: жизнь и служба в императорских войсках в XVIII в.

ОСОБЕННОСТИ «ВОЕННОЙ РЕВОЛЮЦИИ» В РОССИИ

В XVIII столетии Российская империя пережила масштабную «военную революцию», завершённую преобразованиями Петра Великого. В её основе лежал радикальный переход от архаичного конно-поместного дворянского ополчения и нерегулярных полков «иноземного строя» (где воин сам приобретал коня, вооружение и провиант) к массовой регулярной армии современного европейского типа со штатным расписанием рот, полков и дивизий, непрерывным государственным обучением и централизованным казенным снабжением.

Ключевые черты и институциональные основы петровской военной системы:

• Фундаментальное законодательство: Базовые принципы функционирования вооруженных сил были сформулированы самим Петром I в Воинском уставе (1716 г.), «Артикуле воинском» и Морском уставе (1720 г.). Эти нормативные акты с минимальными поправками регулировали армейскую дисциплину, внутреннее устройство частей и порядок судопроизводства вплоть до великих военных реформ Д. А. Милютина 1860–1870-х годов;
• Отечественный военно-промышленный комплекс: Для независимого вооружения гигантской армии государство создало развитую сеть казенных мануфактур — Тульский и Сестрорецкий оружейные заводы, Адмиралтейскую верфь, Петербургский литейный двор, а также специализированные Хамовный, Канатный, Суконный, Шляпный и Портупейный дворы, полностью одевавшие и оснащавшие войска;
• Рекрутская повинность: Прежняя нерегулярная мобилизация «даточных людей» уступила место рекрутской повинности (введена в 1705 г., с 1724 г. наборы шли с определенного числа ревизских мужских душ). Рекруты призывались на пожизненную службу. Полки после окончания боевых действий не распускались, превратившись в постоянные боевые организмы на полном содержании казны;
• Офицерский корпус и дворянство: До издания Манифеста о вольности дворянства 1762 года дворяне были обязаны нести пожизненную военную службу. Даже после отмены обязаловки большинство мелкопоместных дворян продолжали выбирать армию: жалование офицера (от 180 рублей в год у капитана до 1800 рублей у генерала) служило главным источником существования, а продвижение по Табели о рангах шло быстрее, чем на штатской службе (уже первый обер-офицерский чин прапорщика давал потомственное дворянство, тогда как на гражданской — лишь чин VIII класса). Важнейшей кузницей офицерских кадров служила лейб-гвардия (сержант гвардии выпускался в армейский полк сразу офицером) и Первый кадетский корпус, открытый в 1732 году;
• Масштабы и национальный характер вооруженных сил: К 1725 году регулярная русская армия насчитывала 200 тыс. солдат и 100 тыс. иррегулярных бойцов (казаки, калмыки, башкиры), а к концу правления Екатерины II только в регулярных войсках служило свыше 400 тыс. человек, на содержание которых в военное время уходило до 40% бюджета страны. При этом русская армия была национально однородной: рекрутчина охватывала почти исключительно коренное русское население, не распространяясь на народы Сибири, Крайнего Севера, кочевников и иностранных колонистов (лишь в конце века рекрутский набор распространили на Правобережную Украину, Белоруссию и Прибалтику);
• Трагический ритуал проводов («печальный пир»): Пожизненная служба воспринималась крестьянской семьей как гибель новобранца. После жеребьевки в уезде рекруту давали несколько месяцев «гульбы», освобождая от всех работ. В день проводов в деревне устраивали «печальный пир» с погребальными причитаниями матери: парня сажали в красный угол, собирали ему в складчину деньги («последний заработок»), а отец благословлял сына иконой и сухарями, символизировавшими неизбывную солдатскую долю. В деревню рекруты практически никогда не возвращались.

АРМЕЙСКАЯ СЛУЖБА

За первое столетие существования регулярной армии (с 1699 по 1800 г.) царская власть провела 70 генеральных рекрутских наборов, поставив под ружье более 2,2 миллиона человек (из них более 1,2 млн — в победоносную екатерининскую эпоху).

Жизнь и боевая подготовка солдата в XVIII веке характеризовались глубоким перерождением личности и суровым бытом:

• Сословное перерождение: Присяга навсегда отделяла новобранца от крестьянского мира. Солдат освобождался от крепостной зависимости и исключался из подушной подати. Его законная жена именовалась «солдаткой», а дети считались «солдатскими детьми» (в XIX в. — кантонистами), принадлежавшими военному ведомству. Пожизненный срок службы оставался незыблемым вплоть до указа 1793 года, сократившего службу до 25 лет;
• Эволюция обмундирования — от муштры к практичности и обратно:

– При Петре I и в 1730-х гг. солдатам навязывали тяжелые кафтаны, парики из пакли с буклями и косами, которые приходилось обильно пудрить мукой и мазать салом;

– В 1780-х гг. фаворит Екатерины II, президент Военной коллегии князь Г. А. Потёмкин провёл революционную реформу: отменил косы, букли и пудру («Красота одежды воинской состоит в равенстве и соответствии вещей с их употреблением... что встал, то и готов»), введя удобные просторные шаровары, легкие куртки и практичные каски;

– При Павле I армию вновь заковали в узкие прусские мундиры, неудобные штиблеты и заставили завивать прически («куафюры») с буклями и косами по уставу;

• Вооружение и тактическая выучка: Пехотинец вооружался кремневым гладкоствольным ружьем (фузеей) с трехгранным штыком и шпагой. Прицельная дальность стрельбы не превышала 60 шагов (общая дальность — 300 шагов), поэтому решающее значение имела скорость перезарядки (до трех выстрелов в минуту) и слаженность штыкового удара. П. А. Румянцев ввел гибкие подвижные дивизионные каре («двигаться порознь, бить вместе»), а А. В. Суворов обучил армию суточным марш-броскам до 40 км, действиям в ротных и батальонных колоннах и молниеносным атакам насквозь через строй врага;
• Солдатская артель — феномен выживания: Государственное довольствие было крайне скудным: солдату полагались лишь мука (21 пуд 30 фунтов в год), крупа (10 пудов), соль (24 фунта) и 75 копеек «мясных» денег; сукно на мундиры привозили кусками, и солдаты шили себе одежду сами, а пули отливали из казенного свинца. Спасением служила артель — низовая крестьянская община, перенесенная в полк («не меньше 8 человек в каше»). Сформированная по земляческому принципу артель жила на основе круговой поруки, вела общее хозяйство, нанималась в мирное время на подработки и формировала артельную кассу под началом выборного ротного старосты («расходчика»). Полковники и генералы не имели права прикасаться к артельным деньгам даже для полковых нужд.

ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ ПОЛКА

Непрерывные войны XVIII столетия сделали русскую армию главным социальным лифтом империи: выходцы из податных сословий составляли до 14% командного состава петровской армии и около четверти пехотных офицеров.

Повседневность полковой службы определялась суровыми условиями и жестким распорядком:

• Постойная повинность: Вплоть до конца XVIII века казарм для русской армии почти не строили (казармы имела лишь столичная гвардия). Полки в мирное время стояли «на постое» в крестьянских избах и городских домах обывателей, которые были обязаны бесплатно предоставлять военным кров, постели и дрова;
• «Государевы люди» и разрыв с деревней: Превращаясь в профессионального военного, рядовой полностью терял крестьянскую ментальность. За верную службу солдат награждали медалями (Полтавская, Кинбурнская, Очаковская, Измаильская), чаркой казенного вина и рублем. Почувствовав себя слугой Отечества и монарха, солдаты без колебаний участвовали в подавлении крестьянских бунтов;
• Дисциплина, шпицрутены и суровые будни: «Артикул воинский» Петра I предусматривал смертную казнь более чем по 200 пунктам. Самым распространенным наказанием за пьянство, воровство, драки и побеги было «гоняние шпицрутен» — осужденного прогоняли сквозь строй сослуживцев, бивших его толстыми гибкими ивовыми прутьями. Жалование солдата составляло от 7 до 21 рубля в год («по третям» — трижды в год), но львиная его доля уходила на взносы в артель, долги маркитантам (торговцам провиантом) или спускалась в кабаках;
• Болезни и военный быт: Уровень медицины был крайне примитивным. Суворов гордился, что в его Суздальском полку болело не более 20 человек одновременно, однако в финских гарнизонах от сырости, цинги и чахотки за 10 месяцев погибало до 400 человек из 10-тысячного корпуса. Непрерывные марши по степям и горам под дождем и зноем закаляли выживших, превращая их в железных «чудо-богатырей»;
• Полицейские и гражданские функции императорской армии: В условиях слабости провинциального государственного аппарата армия служила универсальным инструментом управления государством. Войска собирали недоимки подушной подати с крестьян (так называемые карательные «экзекуции»), поддерживали паспортный режим, ловили беглых крепостных и разбойников, тушили городские пожары и несли караульную службу. А отставные солдаты и офицеры заполняли должности полицейских, уездных заседателей, волостных писарей и швейцаров по всей стране.